ФОНД "В ЗАЩИТУ ПРАВ ЗАКЛЮЧЕННЫХ"
+18

Получатель гранта Президента Российской Федерации 
на развитие гражданского общества, 
предоставленного Фондом президентских грантов в периоды 
01.09.2017-30.11.2018, 
01.01.2017-30.09.2017,
   01.09.2015–31.08.2016, 
01.09.2014–31.08.2015,
 01.12.2012 – 31.10.2013


14 февраля 2019 года Минюст внес Фонд "В защиту прав заключенных" в реестр "некоммерческих организаций, выполняющих функцию иностранного агента"


Мы в соцсетях





ИНТЕРНЕТ-ПРИЕМНЫЕ




 




 
Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных





Наши друзья






 

МХГ

amnesty international
 
Комитет За гражданские праваЦентр содействия реформе уголовного правосудия
 
Политзеки.Ру
 
 
МЕМОРИАЛКомитет Гражданское содействие

Общественное объединение СУТЯЖНИКСОВА. Информационно-аналитический центр
 
 


 
14 февраля 2019 года Минюст внес Фонд "В защиту прав заключенных" в реестр "некоммерческих организаций, выполняющих функцию иностранного агента"



Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных

27 апрель 2021 г.
ЕСПЧ указал на недопустимость отказа в вызове на допрос в суде свидетелей защиты, даже если они – осужденные
Также, по мнению Европейского Суда, санкция в виде лишения свободы на 3,5 года за участие в протестной акции, назначенная заявителю жалобы, хотя и была призвана оказать сдерживающее воздействие на участников подобных мероприятий, является чрезмерно строгой

Адвокат Дмитрий Аграновский, представлявший интересы заявительницы в Страсбургском суде, отметил важность выводов постановления для российской практики, поскольку случаи, когда суд отказывает адвокатам в необходимом содействии в представлении доказательств – в частности, в доставке свидетелей, осужденных к лишению свободы, для участия в судебном заседании, – встречаются часто.

Европейский Суд по правам человека 6 апреля вынес постановление по делу «Ольга Кудрина против России», в котором подчеркнул, что, если сторона защиты не может обеспечить явку свидетелей для участия в судебном заседании в силу объективных причин, суд обязан оказать ей в этом содействие.

Участие в протестных акциях

2 августа 2004 г. здание Министерства здравоохранения и соцразвития России подверглось захвату членами запрещенной в России «Национальной большевистской партии» в ходе акции протеста против монетизации льгот (соответствующий законопроект был разработан министерством и в то время обсуждался в Госдуме). Активисты, одетые в форму экстренных служб, ворвались в здание, заняли четыре кабинета под предлогом проведения учений аварийных служб, затем пистолетами для гвоздей заколотили двери изнутри и дополнительно заблокировали их офисной мебелью. Они разбрасывали из окон листовки, скандировали лозунги, призывающие к отставке тогдашнего министра здравоохранения. Активисты пробыли в здании министерства около часа, пока правоохранители не выломали двери и не задержали их.

20 декабря того же года Тверской районный суд г. Москвы признал семерых членов НБП – участников протестной акции – виновными по ст. 213 и 167 УК РФ, приговорив каждого к пяти годам лишения свободы. Впоследствии апелляция сократила сроки наказания.

4 мая 2005 г. в ходе очередной протестной акции НБП двое активистов, одной из которых была Ольга Кудрина, воспользовавшись альпинистским снаряжением, вывесили на внешней стене гостиницы «Россия» 11-метровый плакат с надписью в адрес главы государства, которую власти сочли оскорбительной. Затем они начали размахивать сигнальными ракетами и разбрасывать листовки. Менее чем через час активисты были задержаны.

18 мая 2005 г. Ольге Кудриной было предъявлено обвинение по ст. 213 и ч. 2 ст. 167 УК, а 31 мая – аналогичное обвинение в связи с протестной акцией 2 августа 2004 г. Поводом послужили показания одного из осужденных участников акции протеста в здании министерства Г., который утверждал, что девушка тоже участвовала в мероприятии, а также милицейский протокол от 2 августа 2004 г., согласно которому Кудрина была в тот день задержана наряду с другими протестующими. Согласно показаниям сотрудника правоохранительных органов, личности задержанных были установлены на основании паспортов.

Суд отказал защите в вызове на допрос свидетелей, отбывающих наказание

В судебном заседании Г. отказался от ранее данных им показаний, заявив, что подписал их под давлением сотрудника ФСБ, а в действительности Ольга Кудрина не участвовала в протестной акции в министерстве. Обвиняемая, в свою очередь, утверждала, что ее паспорт был использован третьими лицами, а то, что она не принимала участия в мероприятии, могли подтвердить шестеро активистов, задержанных в тот день и отбывающих наказание в местах лишения свободы.

Защитник обвиняемой, адвокат АП Московской области, директор Московской коллегии адвокатов «Липцер, Ставицкая и партнеры» Дмитрий Аграновский ходатайствовал о вызове указанных свидетелей на допрос в судебном заседании. Ссылаясь на ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, он подчеркивал, что каждый имеет право на вызов и допрос свидетелей в их пользу на тех же условиях, что и свидетелей, показывающих против него.

Прокуратура возражала против удовлетворения ходатайства, мотивировав это тем, что, если защита считает необходимым допросить свидетелей, она должна обеспечить их явку по собственной инициативе. Прокурор добавил, что сторона обвинения не отказала в допросе указанных свидетелей, но посчитала, что достаточные доказательства уже представлены суду.

В итоге суд отклонил ходатайство защиты, отметив, что обеспечение явки свидетелей не входит в обязанности обвинения. Он указал, что действия подсудимых нанесли значительный ущерб министерству и надолго дестабилизировали как его нормальную работу, так и нормальное функционирование гостиницы «Россия» накануне празднования 60-летия Победы. В итоге суд признал Ольгу Кудрину виновной и назначил наказание в виде 3,5 лет лишения свободы.

Защита обжаловала приговор, указав, что участие осужденной в протестной акции в министерстве не было доказано, поскольку ни один из допрошенных в суде свидетелей не подтвердил, что видел ее там, а Г. отказался от показаний, данных им на стадии следствия. В таких обстоятельствах, подчеркнул защитник, важно было допросить других очевидцев события, однако ходатайство об их вызове на допрос в суде было отклонено. Адвокат также обратил внимание апелляции, что его подзащитная осуждена за участие в мирной акции протеста против отмены социальных пособий. Она не проявила неуважения к обществу, не прибегала к насилию и не угрожала им. Также защитник счел наказание, назначенное осужденной, чрезмерно строгим. Тем не менее Мосгорсуд оставил приговор без изменения и не усмотрел оснований для смягчения наказания.

Доводы жалобы в ЕСПЧ

В жалобе в Европейский Суд заявитель настаивала, что не принимала участия в протестной акции в министерстве, а ее участие в акции протеста в гостинице «Россия» было мирным и таким образом она хотела выразить свое мнение. Ольга Кудрина также утверждала, что назначенное ей наказание не соразмерно серьезности деяния и преследовало цель ограничить свободу выражения мнения, что является нарушением ст. 10 Конвенции. В качестве справедливой компенсации морального вреда заявитель указала 500 тыс. евро. «Мы просили ЕСПЧ признать, что в отношении Ольги Кудриной имели место нарушения ч. 1 и п. “d” ч. 3 ст. 6 и ч. 1 ст. 10 Конвенции, и обязать РФ принять меры для устранения допущенных нарушений», – пояснил «АГ» Дмитрий Аграновский.

Он добавил, что Европейский Cуд направил Правительству РФ изложение фактов по жалобе и поставил перед ним ряд вопросов. В частности, была ли у заявителя возможность вызвать в судебное заседание шестерых свидетелей защиты на тех же условиях, что и свидетелей обвинения, как требуют положения ч. 1 и п. «d» ч. 3 ст. 6 Конвенции; на основании каких доказательств был установлен факт участия Ольги Кудриной в акции в министерстве; что послужило причиной отклонения ходатайства о допросе свидетелей защиты?

Следующие вопросы касались соответствия уголовного преследования положениям ст. 10 и 11 Конвенции. В частности, была ли протестная акция, участие в которой вменено заявителю, мирной, учитывая все обстоятельства, а наказание, назначенное заявителю, пропорционально преследуемой законом цели?

Правительство в своем отзыве утверждало, что вопрос о целесообразности вызова свидетелей решает суд. Кроме того, по его мнению, участие заявителя в протестной акции 2 августа 2004 г. было подтверждено как свидетельскими показаниями, так и фактом ее привлечения к административной ответственности.

Правительство добавило, что протесты, участие в которых вменено заявителю, не были мирными по смыслу ст. 10 и 11 Конвенции. Участники акции насильственно и незаконно вторглись в здание, нарушив общественный порядок, поставили под угрозу благополучие других лиц, а также повредили и уничтожили государственное и гостиничное имущество. Вместо того чтобы выразить свое мнение одним из способов, разрешенных российским законодательством (например, на публичном собрании, митинге, демонстрации, марше или пикете), заявитель действовала в манере, составляющей уголовное преступление. Правительство также подчеркнуло, что заявитель привлечена к ответственности не за политические взгляды или требования, а за участие в массовых беспорядках, связанных с уничтожением государственного имущества, поэтому назначенное ей наказание является соразмерным.

Выводы ЕСПЧ

Рассмотрев жалобу, Европейский Суд со ссылкой на свое постановление по делу «Муртазалиева против России» напомнил, что отказ вызвать свидетеля защиты необратимо подорвал справедливость судебного разбирательства в отношении заявителя. Как указано в постановлении, судам надлежало установить, было ли ходатайство о допросе свидетеля достаточно мотивированным и относящимся к предмету обвинения, сочли ли национальные суды относимость этих показаний и предоставили ли достаточные обоснования решения не допрашивать свидетелей в суде, а также повлияло ли данное решение на справедливость судебного разбирательства.

ЕСПЧ заметил, что районный суд, рассматривавший уголовное дело в отношении заявителя, ранее приговорил к лишению свободы шестерых активистов. Подробности данного дела не могли быть неизвестны суду, поскольку он сослался на свое же решение от 20 декабря 2004 г. по делу против заявителя и принял его в качестве доказательств. Следовательно, суд должен был знать, что Ольга Кудрина не могла своими силами обеспечить явку свидетелей, которые уже находились под стражей, однако не стал подробно останавливаться на этом вопросе и не представил иных причин для отказа в их вызове.

В таких обстоятельствах, считает Европейский Суд, дополнительные и относящиеся к делу показания всех шести очевидцев – или по крайней мере некоторых из них – могли пролить свет на события 2 августа 2004 г. и прояснить вопрос о предполагаемом участии в этой акции заявителя жалобы. Таким образом, ЕСПЧ заключил, что отказ национальных судов вызвать свидетелей для допроса в заседании подрывает общую справедливость судебного разбирательства в отношении заявителя, и констатировал нарушение ст. 6 и 3 Конвенции.

Что касается участия Ольги Кудриной в протестной акции в здании гостиницы «Россия», Европейский Суд указал, что ее задержание и дальнейшее осуждение к лишению свободы представляют собой вмешательство в право на свободу выражения мнения. При этом, по мнению Суда, заключение заявителя под стражу изначально преследовало законную цель – предотвращение беспорядков и защиту прав других лиц, поскольку, несмотря на важность свободы выражения мнения, ст. 10 Конвенции не подразумевает автоматического создания прав доступа к частной или государственной собственности.

Таким образом, заключил Европейский Суд, поскольку повседневная деятельность гостиницы «Россия» была нарушена в результате протестной акции, правоохранительные органы для восстановления и защиты общественного порядка имели все основания вмешаться в выражение заявителем своих политических взглядов. ЕСПЧ также отметил, что районный суд квалифицировал использованные заявителем методы (бросание петард на улицу, установка оборудования для скалолазания в гостиничном номере, чтобы выбраться из комнаты на 11-м этаже на внешнюю стену здания, размахивание сигнальными ракетами вблизи легковоспламеняющихся предметов) как запрещенные законом и причинившие вред чужому имуществу. С этой точки зрения судебное преследование и осуждение Ольги Кудриной преследовали цель предотвратить подобные деяния независимо от контекста, в котором они были совершены.

Тем не менее Суд счел, что назначенное наказание в виде 3,5 лет лишения свободы избыточно. Со ссылкой на прецедентное по данному вопросу постановление по делу «Тараненко против России» Европейский Суд указал, что суровая санкция, примененная в деле Кудриной, несомненно, была призвана оказать сдерживающее воздействие на заявителя и других участников акций протеста. Суд пришел к выводу, что приговор, вынесенный заявителю, был несоразмерен законной цели защиты общественного порядка. Тем самым он признал нарушение ст. 10 Конвенции и присудил заявителю компенсацию морального вреда в размере 9800 евро.

Адвокаты высоко оценили практическую значимость постановления

«Поскольку Ольга Кудрина в акции в Минздраве не участвовала, ее алиби могли подтвердить участники акции, ранее осужденные к лишению свободы (их жалобы коммуницированы ЕСПЧ в 2009 г., решения ожидаются в любой момент), – отметил Дмитрий Аграновский. – Разумеется, сторона защиты не могла обеспечить явку свидетелей из колонии, а суд отказался это сделать, поэтому нарушение ч. 1 и 3 ст. 6 Конвенции налицо. Ну и, конечно, вывешивание плаката не образует состава преступления, поэтому нарушение ст. 10 Конвенции о праве на выражение своего мнения также было установлено».

Практическая значимость данного постановления, по мнению Дмитрия Аграновского, существенная, так как случаи, когда суд отказывает адвокатам в необходимом содействии в представлении доказательств – в частности, в доставке из колонии осужденных свидетелей, – встречаются достаточно часто.

Эту позицию разделяет и адвокат КА «Трепашкин и Партнеры» Сергей Князькин. «Постановление по делу “Ольга Кудрина против России” имеет важное значение для нашей страны. Признавая нарушение прав по ст. 10 Конвенции – права на свободу выражения мнения, – Европейский Суд подчеркнул, что государство законно вмешалось в действия заявителя и заключило ее под стражу, поскольку преследовало цель предотвращения беспорядков и защиту прав других лиц, однако действия заявителя не являлись подстрекательством или насилием и никто не пострадал. Поэтому наказание за такие действия (3,5 года лишения свободы) являлось, по мнению Суда, чрезмерно суровым и преследовало цель устрашения и попытки отговорить других от участия в политических дебатах. Для сравнения ЕСПЧ указал, что в других странах за такие действия выносят наказание в виде штрафов или 10–28 дней административного ареста», – пояснил он.

Адвокат добавил, что в России по-прежнему усматривается тенденция использования чрезмерно сурового наказания во время политических акций или демонстраций. «Примером могут служить суровые административные аресты после январских демонстраций 2021 г. То есть власти используют наказание не для восстановления социальной справедливости или в целях исправления виновного, как предусмотрено законом, а для устрашения и создания препятствий для участия в политической жизни страны», – считает он.

Таким образом, резюмировал Сергей Князькин, вынося решение по делу «Ольга Кудрина против России», ЕСПЧ четко указал на недопустимость использования сурового наказания для воспрепятствования выражения мнения, поэтому такие действия властей будут однозначно восприниматься как нарушающие ст. 10 Конвенции. Адвокат выразил надежду, что Россия учтет такой посыл европейского судебного органа и попытки граждан выразить свое политическое мнение путем мирных акций не будут пресекаться жестокостью действий полиции и суровостью судебных решений.

СТАТИСТИКА
ПО ДЕЛУ
16 июнь 2021 г.
16 июнь 2021 г.
15 июнь 2021 г.
31 май 2021 г.
27 январь 2021 г.
18 январь 2021 г.
14 январь 2021 г.
15 декабрь 2020 г.
10 декабрь 2020 г.
8 декабрь 2020 г.

© 2006 Фонд "В защиту прав заключенных"