ФОНД "В ЗАЩИТУ ПРАВ ЗАКЛЮЧЕННЫХ"
+18

Получатель гранта Президента Российской Федерации 
на развитие гражданского общества, 
предоставленного Фондом президентских грантов


Мы в соцсетях

f vk




ИНТЕРНЕТ-ПРИЕМНЫЕ




 




 
Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных





Наши друзья

За права человека



 

МХГ

amnesty internationalКомитет против пыток
 
Комитет За гражданские праваЦентр содействия реформе уголовного правосудия
 
Политзеки.Ру
 
 
МЕМОРИАЛКомитет Гражданское содействие

Общественное объединение СУТЯЖНИКСОВА. Информационно-аналитический центр
 
 




 

 
 

Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных

19 декабрь 2017 г.
ЕСПЧ включает в тюрьме батареи

Европейский суд по правам человека применил срочные меры в отношении заключенного ярославской ИК-8 Евгения Макарова. Суд обязал Россию обеспечить независимое медобследование заключенного, гарантировать ему безопасность и доступ юристов, а также ответить на ряд вопросов по поводу налагаемых на него жестоких взысканий. Примечательно, что в отношении Макарова ЕСПЧ уже второй раз за этот год включает экстренные защитные меры — и на этот факт Европейский суд обращает особое внимание российского правительства.

Кто такой Евгений Макаров и почему его отношения с системой ФСИН с такой регулярностью привлекают внимание Европейского суда?

До недавнего времени Евгений Макаров отбывал наказание в ИК-1 Ярославской области. ИК-1 имеет плохую репутацию во многом благодаря тому, что тут «мотали срок» фигуранты «болотного дела» Ишевский и Непомнящих, а также по сей день сидит другой медийный персонаж — дальнобойщик Руслан Вахапов, получивший срок по абсурдному делу о совращении несовершеннолетних.

Вероятно, набор повседневных практик руководства ярославской ИК-1 в отношениях с заключенными не слишком отличается от тех, что имеют место в других колониях: зэков тоже ломают, тоже периодически заводят спецназ на так называемые «учения» — массовые и бессистемные избиения «контингента». Однако здесь присутствие сразу нескольких «особых» зэков спровоцировало неожиданную реакцию: образовалась группа людей, которые жестко противостоят нарушениям со стороны начальства колонии и выносят информацию об этих нарушениях за пределы колонии.

Заключенный Макаров вместе с Вахаповым и «болотником» Непомнящих входил в ядро этой группы.

В апреле в ходе очередных «учений» все они, на тот момент находившиеся в ШИЗО, были особенно жестоко избиты и подвергнуты пыткам. Адвокаты правозащитного центра «Общественный вердикт» Ирина Бирюкова и Яков Ионцев пробились в колонию и зафиксировали следы истязаний. Вахапов, Макаров и Непомнящих написали заявления об избиениях, которые адвокаты подали во все профильные российские инстанции (СК, прокуратуру, ФСИН), а также в ЕСПЧ.

ЕСПЧ тогда включил в отношении них экстренные защитные меры, поставив перед Российской Федерации вопрос о применении к заявителям силы. И замминистра юстиции Андрей Федоров в своем ответе действительно признал побои. Однако по результатам ведомственной проверки выходило, что сила была применена законно, поскольку все три заявителя оказывали сопротивление сотрудникам ФСИН. Впрочем, у вмешательства ЕСПЧ были и другие последствия: с поста начальника колонии ушел Александр Чирва. Вышел в отпуск и не вернулся.

В августе вышел на свободу Иван Непомнящих. Ирина Бирюкова, пристально наблюдающая за событиями в колонии, рассказывает, что начальство возлагало большие надежды на освобождение «болотника» Непомнящих, присутствие которого, по мысли тюремщиков, обеспечивало колонии постоянное внимание правозащитников и неприятности в случае перегибов. Но Непомнящих вышел — а «Общественный вердикт» все равно продолжает работать с другими заявителями.

Евгению Макарову, как вспоминает Ирина Бирюкова, руководство ИК-1 давно говорило о том, что готовится его перевод в «восьмерку» (ИК-8), где его ждут пытки. «Там тебя будут убивать».

Об этих угрозах адвокат информировала и местную прокуратуру, и местный ФСИН. Но 5 декабря Макарова все равно вывезли в ИК-8 — за неоднократные нарушения режима, с целью помещения в единое помещение камерного типа. ЕПКТ — это тюрьма в тюрьме, особо жесткие условия. Вообще ЕПКТ есть и в ИК-1, однако понятно, что Макарова перевели в «восьмерку» вовсе не потому, что в первой колонии все койки были заняты. А чтобы разбить коалицию Макаров—Вахапов, которая начальству портит нервы.

Ирина Бирюкова рассказывает, что Макарову сразу по прибытии в ИК-8 выдали оранжевую робу и сообщили о помещении в ЕПКТ на 8 месяцев — «в связи с нарушениями». Комиссию, которая должна принимать соответствующее решение, не созывали, о том, какие нарушения он успел совершить за несколько минут пребывания в колонии, не сообщили.

Затем сотрудники колонии спустили Макарова в подвал, где избили мокрой тряпкой с завязанным на конце узлом, несколько раз ударили током, пытались окунуть головой в унитаз.

Имена двух сотрудников, принимавших участие в пытке, Макаров позже сообщил своему адвокату.

Бирюкова, до которой вести о переводе подзащитного в другую колонию долетели стремительно по тюремным каналам, добилась посещения Макарова и своими глазами наблюдала следы пыток. Она обратилась в ЕСПЧ с требованием применения к нему экстренных защитных мер, и ЕСПЧ принял соответствующее решение. Теперь российское правительство должно проинформировать Европейский суд, по какой причине Макаров был переведен в восьмую колонию, а также представить все материалы проверки по его жалобе на пытки. Суд особо подчеркнул, что уже второй раз в течение одного года вынужден применять срочные меры в отношении конкретного заявителя, которому российское государство не может обеспечить безопасность в пенитенциарном учреждении.

Кажется, стремясь снизить «правозащитную нагрузку» на одну из своих колоний, Ярославское УФСИН лишь распространило ее еще шире. И последний скандал в «восьмерке» уже принес кое-какие результаты: в колонии, наконец, включили нормальное отопление. А до декабря зэки мерзли.


Источник: Новая газета

СТАТИСТИКА
ПО ДЕЛУ
6 октябрь 2016 г.
10 июль 2018 г.
3 апрель 2018 г.
21 февраль 2018 г.
12 январь 2018 г.
15 декабрь 2017 г.
8 декабрь 2017 г.
30 ноябрь 2017 г.
8 ноябрь 2017 г.

© 2006 Фонд "В защиту прав заключенных"