ФОНД "В ЗАЩИТУ ПРАВ ЗАКЛЮЧЕННЫХ"
+18

Получатель гранта Президента Российской Федерации 
на развитие гражданского общества, 
предоставленного Фондом президентских грантов в периоды 
01.09.2017-30.11.2018, 
01.01.2017-30.09.2017,
01.09.2015 – 31.08.2016, 
01.09.2014 – 31.08.2015,
 01.12.2012 – 31.10.2013


14 февраля 2019 года Минюст внес Фонд "В защиту прав заключенных" в реестр "некоммерческих организаций, выполняющих функцию иностранного агента"


Мы в соцсетях

f vk




ИНТЕРНЕТ-ПРИЕМНЫЕ




 




 
Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных





Наши друзья

За права человека



 

МХГ

amnesty internationalКомитет против пыток
 
Комитет За гражданские праваЦентр содействия реформе уголовного правосудия
 
Политзеки.Ру
 
 
МЕМОРИАЛКомитет Гражданское содействие

Общественное объединение СУТЯЖНИКСОВА. Информационно-аналитический центр
 
 




 
14 февраля 2019 года Минюст внес Фонд "В защиту прав заключенных" в реестр "некоммерческих организаций, выполняющих функцию иностранного агента"



Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных

11 май 2007 г.
М.Трепашкин написал письмо "Омбудсмен Свердловской области Мерзлякова Т.Г. сама может оказаться за решеткой"
М.Трепашкин:
 
В феврале 2006 г., когда администрация ФГУ ИК-13, по указке из Москвы, организовала на меня настоящую травлю, сфабриковав материалы о якобы совершенных  мною нарушений режима отбывания наказания,  постоянно сажав меня в ледяные ШИЗО, Уполномоченный по правам человека в Свердловской области г-жа Мерзлякова, желая "пустить пыль в глаза" общественности и СМИ и скрыть огромный беспредел, заявила, что  я  "оскорбил прокурора по надзору за исправительными учреждениями Олега Фирсова" , а поэтому в ШИЗО попал законно.  Я не буду сейчас описывать весь другой бред, который преподнесла прессе г-жа Мерзлякова, так как это тема отдельной публикации, которую я подготовлю в ближайшее время. Замечу лишь, что неспроста осужденные дали ей звание "политрук ГУ ФСИН".

Отсидев 5 суток в ШИЗО словно в ледяной пещере (температура была такая, что даже лекарства замерзали и приходилось их прятать на теле под одеждой) в период с 31 января по 5 февраля 2006 года за то, что "прокурора покрыл матом", я более года ждал суда, чтобы выяснить хотя бы для себя, чем же я оскорбил помощника  (не прокурора !) Нижнетагильского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Фирсова Олега Владимировича, юриста 3 класса (т.е. лейтенанта). Я знаю, что  ни словом, ни действием я даже не пытался оскорбить его, либо всю прокуратуру в его лице, а уж матом и тем более,  так как у меня в лексике нет таких слов. Больше года я ломал голову, что же придумали прокуроры, чтобы меня засунуть в ШИЗО?
По другим наказаниям мне  было все понятно - там офицеры ИК-13 Устинов В.Г., Ткачук С.В. (кстати, врач, который всегда кричит, что он, прежде всего, представитель администрации), Головин А.Ю., Григорьев А.И., Каюда Р.И., под руководством  заместителя начальника колонии по БОР Магеррамова А.С., желая "лизнуть задок" заказчика из Москвы, опустив свою честь, как говорится, "ниже плинтуса", придумали, что я якобы не поздоровался, "обозвал врачей слесарями", хранил одеколон. А  вот по письму Нижнетагильского прокурора за соблюдением законов в ИУ Клементьева А.В. (начальника Фирсова О.В.) меня запихнули "в каталажку", не пояснив, за что конкретно.
 
И тут же всем заинтересованным средствам массовой информации Мерзлякова Т.Г., к которой я обратился за помощью как к Уполномоченному по правам человека в Свердловской области за защитой от беспредела, объявила с возмущением,  без какой-либо проверки о том, что я оскорбил прокурора!  А, следовательно, меня, больного, в ледяное ШИЗО при минусовой температуре медики поместили "законно и обоснованно" (любимейшая фраза нынешних бюрократов).

И вот на суде 12 февраля 2007 г. удалось, наконец-то, допросить помощника Нижнетагильского прокурора по надзору за исполнением законов в ИУ, уже правда 2 класса (повысили), Фирсова Олега Владимировича, 1977 г.рождения.  Будучи предупрежденным судом об ответственности за дачу ложных показаний, он,  даже будучи заинтересованным лицом, показал следующее (цитируется из протокола судебного заседания):

На вопрос защитника Косик, свидетель:
 -  В какое время Вы вызвали Трепашкина?
 -  Время не помню, но в связи с отбором его объяснения  по жалобе. Жалобы не помню. Мы беседовали минут 30.
 - Что Вы делали?
 - Задавал вопросы по жалобе.
 - По поводу чего были высказаны слова?
 - В ходе разговора. Он никого не оскорблял.  Просто употребил самовыражение".

Я потом продолжу цитировать содержание протокола судебного заседания. Но здесь, сразу, хочу обратить внимание читающих: сам Фирсов утверждает в суде, что я никого не оскорблял!  Госпожа Мерзлякова Т.Г., откуда Вы лично взяли сведения, что я "оскорбил прокурора"?

 Хотя помощник прокурора Фирсов и здесь был не до конца откровенен (отступать-то некуда!),  допустив оплошность фразой: "Употребил самовыражение". Выражение - это несколько слов, вроде фразы. Посмотрим далее, а была ли фраза, было ли выражение?  
                                     
На вопрос защитника Бровченко, свидетель:
  -   В Связи с чем была допущена брань?
  -   Может, несдержанность. Он просто не сдержался, Ни в чей адрес, просто.

На вопрос защитника Косик свидетель:
  -  От Клементьева написано, что Трепашкин выразился в адрес работника прокуратуры.
  - Я не могу комментировать письмо руководителя. Ни к кому не  относилось  выражение".

После этого судом было принято решение, что помощник прокурора, свидетель Фирсов О.В. на бумажке напишет, что за выражение я употребил. Он замешкался, но потом написал, Оказалось, что это даже не выражение, а одно слово: "п+дец". Я такого слова никогда  не употреблял, но понял, что Фирсову нужно было как-то выкручиваться и что-то придумывать -  я ведь был лишен свободы и 5 суток содержался в пыточных условиях ШИЗО.

Разумеется, у многих возникает вопрос: "А зачем нужно было  в январе-феврале 2006 года фабриковать материалы о якобы совершенных мною нарушений режима отбывания наказания? Этому есть 2 причины.
Как я писал неоднократно, меня вернули с УДО (условно-досрочного освобождения) по беспределу, руководствуясь не законами России, а заказам из Москвы от Главной военной прокуратуры.
При повторном рассмотрении ходатайства об УДО, чтобы создать основание заказа, сфабриковали, что я якобы не поздоровался. Но вышестоящий суд мог  при десятках положительных аргументов посчитать этого недостаточным.  Вот тогда и решили для убедительности "навешать на меня взысканий, как игрушек на елку".   А другой причиной было то, что прошел слух о возможной амнистии. Так как вменяемые мне деяния не являются тяжкими, то я вполне мог быть отпущен по амнистии. Этому можно было воспрепятствовать, сделав из меня "злостного нарушителя"", которые, как правило, под действия амнистии не попадают.

Таким образом, в суде было установлено, что я "никого не оскорблял", а омбудсмен Свердловской области меня просто оклеветала, представляя перед представителями СМИ и общественностью, что я якобы такой плохой, что даже прокуроров матом крою, и, следовательно, она защищать меня не будет (в последнем, впрочем, я и так не сомневался). Кстати, на это 6 марта 2006 года в статье "Штрафник" обратила внимание и журналистка "Новой газеты" А.С. Политковская. Когда Уполномоченный по правам человека заявляет прессе, что меня вернули обратно не потому, что нарушен закон, а потому, что я  дал пресс-конференцию о нарушении моих прав как человека, чего делать не нужно было, то что можно ожидать от такого правозащитника?  

Однако, г-жа Мерзлякова так далеко зашла в своих стремлениях защитить перед средствами массовой информации творимый в области беспредел, что совершила деяния, подпадающие под признаки преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 129 Уголовного кодекса Российской Федерации, то есть клевету. Закон данное преступление трактует так: "Клевета, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию, содержащаяся в публичном выступлении, публично демонстрирующем произведении или в средствах массовой информации". Т.е. все, как в описанной мною ситуации. Такие деяния  предусматривают наказание до шести месяцев ареста.
 Ну а пока арестные дома в области не построены, то Татьяну Георгиевну следовало бы поместить в СИЗО-1 гор. Екатеринбурга (как делают сейчас при ее попустительстве), где она могла бы на себе испытать все прелести тюремной жизни и на деле, а не ложным бумагам, проверить, врут заключенные или нет о пыточных условиях содержания.

Перспектива для омбудсмена-клеветника очень реальная, если бы суд был бы объективным, справедливым  и независимым.  А пока я намерен обратиться к Уполномоченному по правам человека в Свердловской области и члену бюро Европейского института омбудсмена г-же Мерзляковой Т.Г. с письмом, чтобы она принесла официальные извинения за клевету.
                                                      
18 апреля 2007 год
М.И.Трепашкин


Краткий комментарий к письму заключенного М.И. Трепашкина: "Омбудсмен Свердловской области Мерзлякова Т.Г. сама может оказаться за решеткой"

Волею состоявшихся обстоятельств, ко мне поступило письмо политзаключенного  М.И.Трепашкина, в настоящее время отбывающего более 3,5 лет лишения свободы в Нижнетагильской колонии. Письмо называется "Омбудсмен Свердловской области Мерзлякова Т.Г. сама может оказаться за решеткой", составленного 21.04.07 г..

Как гражданин, причастный к общественной поддержке и несущий ответственность в период становления Татьяны Мерзляковой в 2001 г. в должности Уполномоченного по правам человека Свердловской области, считаю себя обязанным изложить не только  мнение, но и ряд конкретных фактов и оценок в деятельности регионального омбудсмена.
В порядке исторической справки:  считаю себя причастным к возникновению самой структуры областного Уполномоченного  по правам человека в Свердловской области.
Осенью 1995 г., на встрече с представителями общественности, вновь избранному Губернатору Росселю Э.Э. было  непосредственно заявлено о необходимости образования в областной структуре власти должности Уполномоченного по правам человека. Такая должность была создана в июне 1996 г. сначала утверждением   соответствующего Закона, а осенью 1997 г.  избранием и утверждением в должности  ставленника областных органов власти Машкова В.В. Данный чиновник не оправдал  доверия правозащитной общественности по исполнению обязанностей в установленном законом порядке, был втянут в соответствующие судебные разбирательства, после чего отправлен в отставку, после чего в 2001 г. правозащитникам стала известна кандидатура нового омбудсмена - бывшего депутата Областной Думы Мерзлякова Т.Г. Будучи руководителем с 1996 г. не только ОО "Межрегионального центра прав человека" (МЦПЧ), но и  учрежденного в 1997 г. ОО "Союза правозащитных организаций Свердловской области"(СПОСО), я предварительно  встретился с  кандидатом в Уполномоченные Мерзляковой Т.Г. и обсудил с ней ситуацию о  законной адресной защите прав человека, пострадавших от различных действий властных органов. Затем Т.Г.Мерзлякова была на альтернативной основе поддержана общественниками на организованной областной конференции правозащитников,  и  далее утверждена в должности Законодательным собранием Свердловской области.

В течение последующих примерно полутора-двух лет ее работы в должности Уполномоченного, между общественными правозащитниками и областным омбудсменом не возникло принципиальных разногласий по текущим проблемам  в защите нарушенных прав человека в области. Правозащитников официально приглашали на заслушивание отчетных годовых докладов в Законодательном собрании области, давали возможность выступить перед депутатами с оценкой текущей деятельности и перспектив взаимодействия с властями.   С такой же целью Мерзляковой Т.Г. в декабре 2001 г. была организована встреча правозащитников с губернатором,  который во всеуслышанье  заявил о ежегодных встречах  по актуальным проблемам нарушений прав человека. Свидетельствую, что с того времени ни встреч с губернатором, ни обсуждений докладов Уполномоченного с общественниками  о проблемах защиты конституционных прав и свобод человека и гражданина в Свердловской области  не было. По крайней мере, официальных приглашений я  не получал.

 В целом же оцениваю положительно факт сотрудничества с 2001 г.  как с областным, так и с федеральным Уполномоченными по правам человека, так как в условиях массовых нарушений прав и свобод на территории области и России в целом, оказание той или иной адресной правовой помощи гражданам, пострадавшим от действий властных органов, в любом случае является жизненной потребностью  людей. И такую реальную помощь со стороны омбудсменов любого уровня считаю актуальной, необходимой.

 Другой вопрос  -  насколько принципиально в рамках действующего несовершенного законодательства и формирующейся полицейской системы властвования, выполняют свой долг  административные службы, не имеющие властных полномочий, но влияющие на уровень правовой защищенности граждан?   Именно  снижение принципиальности в деятельности Уполномоченного по правам человека последовательно добиваться исполнения законной защиты прав и свобод человека в Свердловской области, независимо от уровня и должностного положения нарушивших их органов власти,  стало причиной  "охлаждения", вплоть до острых конфликтов с правозащитниками, в том числе с ОО "Межрегиональный центр прав человека".
 
Из многих имеющих место  фактов отказа Мерзляковой.Т.Г. как Уполномоченного по правам человека принципиально  исполнять должностные обязанности, отмечу несколько, связанных с грубыми нарушениями    прав и свобод человека в Свердловской области:

1. Областной Уполномоченный по правам человека Мерзлякова Т.Г., с 2002 г.  фактически уклонилась, не участвуя последовательно , как должностное лицо, в актуальной защите прав селян - не поддерживала законных действий правозащитников в восстановлении законности и против дискриминации конституционных прав сельских жителей  (прав на жизнь, здоровье, образование,  юридическую защиту и т.д.). Ряд правозащитников были вынуждены в одиночку привлекать внимание общественности к существующей проблеме, вплоть до судебных процессов и  привлечения к законной ответственности губернатора и  правительство Свердловской области, других виновных, в том числе органы власти федерального уровня.     О "кричащих" проблемах селян   даже не упоминалось в ее  годовых Докладах, до 2007 г..

2.  К нежеланию "связываться с произволом" административных и правоохранительных органов  отношу и отказ Уполномоченного в противодействии многолетним незаконным преследованиям правоохранительных органов  всемирно известного сельского предпринимателя и правозащитника  Василия Мельниченко из села Галкинское Камышловского района, правозащитника Квашнина Ф.В. из села Боровлянка Пышминского района, других правозащитников.  

3.  Еще в 2001 году, после утверждения на должность Уполномоченного по правам, Мерзляковой Т.Г., между ней, как официальным должностным лицом региональной власти,  и рядом руководителей правозащитных организаций, в том числе с ОО МЦПЧ, были подписаны  рабочие документы по "Договору о сотрудничестве в области защиты прав человека"  и  "Заявления о принципах взаимодействия при защите прав человека на основе Законности, Ответственности, Вежливости" (ЗОВ) - "на неопределенный срок+", который "мог быть расторгнуть по письменному уведомлению любой из сторон+".  В одностороннем порядке, без уведомления  правозащитников, подписанные  документы по взаимодействию были  проигнорированы  в последующий период деятельности Уполномоченным по правам человека.  МЦПЧ не получал письменного уведомления о их расторжении. Также со стороны Уполномоченного было  многочисленное невыполнение  обязательств по информированию своей деятельности,. Последний  из отказов в предоставлении информации  был связан с законным запросом ОО МЦПЧ от 19.03.07 г. предоставить  "Отчет о расходовании финансовых средств на обеспечение деятельности Уполномоченного по правам  человека Свердловской области в 2006 г.". Причина отказа от 05.04.07 г. - "отчет был заслушан 22.02.07 г. на совместном заседании Палат Законодательного собрания Свердловской области+ иных форм контроля за деятельностью Уполномоченного по правам человека Свердловской области действующим законодательством не предусмотрено".

 Можно только  гадать, о каком "законодательстве без контроля"  говорит "законный уполномоченный по правам человека+", но то, что по действующему законодательству  есть основание привлечь чиновника по ст. 140 УК РФ "Отказ в  предоставлении гражданину информации", с наказанием до "лишения права занимать определенные должности"  - это в таком же правовом поле, как и в документально подтверждаемых аргументах политзаключенного М.Трепашкина о вероятности "омбудсмена  Свердловской области + самой оказаться  за решеткой"  уже по ч.2 ст. 129  УК РФ за клевету  в адрес пострадавшего от беззакония.

 Считаю, что письмо политзаключенного Михаила Трепашкина  аргументировано в части возможности  привлечения к ответственности  чиновника, по своей должности обязанного защищать законность и справедливость более тщательно, чем любой прокурор и судья, т.к при вступлении в должность он дает присягу: "+быть беспристрастным и руководствоваться только законом и голосом совести" ( ч.1 ст.7 областного закона "Об уполномоченном по правам человека Свердловской области").

Отбывающий незаконное наказание осужденный М.И. Трепашкин доверил свою защиту  всех судебных, административных и иных органах власти на территории Свердловской области и РФ мне. Безусловно, при необходимости, буду действовать в его защиту всеми законными способами.  Вынужден признаться, что еще в 2001 году после утверждения в должности Уполномоченного по правам человека Мерзляковой Т.Г., обещал также защищать ее права и достоинство в случае нападок и нарушений ее прав со стороны органов власти. Свои обязательства в таких случаях, готов выполнять в будущем, но не в случае, как с политзаключенным М.И.Трепашкиным. Его защиту,  безусловно,  считаю приоритетной.

Как гражданин, которого называют в обществе правозащитником, считаю, что деятельность Мерзляковой Т.Г. как Уполномоченного по правам человека, в настоящее время заслуживает более глубокой оценки. Как организатор и исполнитель по оказанию правовой помощи населению, она известна не только в области, но и в России, за рубежом, являясь, по неофициальным сведениям,  даже "членом бюро Европейского института омбудсмена".  

Необходимо уточнить объективную информацию о деятельности Свердловского омбудсмена. Согласно сведениям  в годовых отчетах, областной Уполномоченный выполняет очень большой объем работы по оказанию различной помощи населению:  в частности,  в 2006 году было проконсультировано более 8279 граждан по защите их прав. Это, считаю, действительно существенная помощь пострадавшим от нарушений своих прав. Однако, в своих отчетах Уполномоченная не приводит многих конкретных сведений о нарушений прав человека органами власти. Нет сведений о  деятельности независимых от властных органов правозащитников, которых характеризует отрицательно. Только активистами нашей организации было бесплатно проконсультировано в  2006 году более 1090 граждан по различным вопросам защиты прав человека - на общественном уровне, без постоянных источников финансирования и различных необходимых материальных ресурсов ,  которыми обладает Уполномоченный по правам человека в области (и не это ли является одной из причин отказа  чиновником в предоставлении сведений о бюджетных расходах своей деятельности?). Кроме того, большое количество граждан обращаются за оказанием правовой защиты к общественным правозащитникам как к последней инстанции, не найдя такой помощи у властей, в том числе и "официального правозащитника". Взять, к примеру, более 2000 жителей поселка Басьяновский Верхнесалдинского района. Сколько лет они обращались за защитой своих прав человека к органам власти,  к Уполномоченному по правам? 4 года - и безрезультатно!   Только чрезвычайные действия нашей организации, вплоть до обращения к Президенту РФ, спасли их от замерзания очередной зимой. А такой информации нет в отчетном Докладе Уполномоченного!  В  Докладе нет сведений о пытках заключенных, защитой которых занимаются и наши правозащитники. Нет в Докладе сведений о грубых нарушения политических прав жителей области. Нет  и ряда других грубых нарушений конституционных прав человека на жизнь, здоровье, юридическую защиту и т.д. Утверждаю, что такие действия органов власти в области и в России элементарно и целенаправленно скрываются от  населения,  от  международных организаций, в частности, от Совета Европы.

К несчастью, для граждан России  подобными уловками омбудсменов  и системой власти образована  еще одна ширма сокрытия  преступлений представителями органов власти регионального и федерального уровня против своего населения -   как в советское время против "инакомыслящих", насильственного внедрения "образа врага". Это одна из причин, почему незаконно по политическим мотивам осужден Михаил Трепашкин и незаконно отбывает наказание в Свердловской области.

 Усилиями административных, правоохранительных и судебных органов власти  в Свердловской области и  России в местах изоляции граждан созданы пыточные условия для таких, как М.И.Трепашкин.  А Уполномоченный по правам человека  вместо законных требований проведения независимых расследований преступлений и наказания виновных  независимо от их служебного положения,  фактически защищает конкретных преступников в совершении преступлений против граждан и человечности.  Можно ли считать достойным  для  омбудсмена защищать начальника исправительной колонии ИК-13 Золотухина С.С., в которой созданы пыточные условия для осужденных, где незаконно, за колючей проволокой находится колония-поселение, и в  которой политзаключенному  М.Трепашкину  грубо сфабриковали "злостное нарушение режима", ужесточили условия лишения свободы?

 При всем уважении к декларируемой деятельности любого Уполномоченного по правам человека, в частности, в Свердловской области, не может сниматься  гражданская ответственность за  деятельность и конкретные поступки, несовместимые с Законом, Правом  и  Достоинством человека!                


Председатель совета координаторов,
"диссидент-шестидесятник"                                                               В.А. Шаклеин      
Источник: ООД "За права человека"
СТАТИСТИКА
ПО ДЕЛУ
8 сентябрь 2020 г.
7 август 2020 г.
9 июнь 2020 г.
25 май 2020 г.
30 апрель 2020 г.
10 февраль 2020 г.
3 декабрь 2019 г.
3 сентябрь 2019 г.
17 июнь 2019 г.

© 2006 Фонд "В защиту прав заключенных"