ФОНД "В ЗАЩИТУ ПРАВ ЗАКЛЮЧЕННЫХ"
+18

Мы в соцсетях

f vk



ИНТЕРНЕТ-ПРИЕМНЫЕ




 




 
Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных



Наши друзья

За права человека



 
Московская Хельсинкская группа
 
Комитет За гражданские праваЦентр содействия реформе уголовного правосудия
 
amnesty internationalКомитет против пыток
 
Пресс-центр Михаила ХодорковскогоПолитзеки.Ру
 
 
 
МЕМОРИАЛ о войне на Северном КавказеКавказский узел

Общественное объединение СУТЯЖНИКСОВА. Информационно-аналитический центр

 
Комитет Гражданское содействиеЦентр антикоррупционных исследований и инициатив Трансперенси Интернешнл - Р
 
 
Объединенный гражданский фронт



 

 
 

Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных

2 октябрь 2015 г.
УДО: неопределенность и несправедливость

Я, как эксперт Фонда  «В защиту прав заключенных» хочу поднять ряд вопросов с которыми мне пришлось столкнуться в ходе правозащитной деятельности. Данные вопросы требуют системного разрешения как судебной властью так и исполнительной, законодательной. Учитывая, что такое положение вещей существует уже не один, не два года, то изменить ситуацию возможно лишь с помощью привлечения общественного обсуждения.

Итак, согласно Постановления Пленума ВС РФ от 21.04.2009 г. За №8 « О судебной практике по вопросам условно-досрочного освобождения, замене осужденным не отбытой части наказания более мягким видом…..», - поведение осужденного учитывается за весь период отбывания наказания.

Данная формулировка Постановления  Пленума ВС РФ привела к сложившейся судебной практике, при которой при  разрешении вопросов об условно-досрочном освобождении, замене не отбытой части уголовного наказания более мягким видом, судами учитываются взыскания, наложенные до вступления приговора в законную силу в период нахождения в СИЗО в качестве обвиняемого, подсудимого( так как данный период содержания под стражей засчитывается в отбытый срок наказания), учитываются взыскания которые сняты или погашены в порядке установленном УИК РФ. Что приводит к отказу в УДО или замене не отбытой части наказания более мягким видом с формулировкой – «нестабильное поведение».

Хочу привести яркий тому пример: гр-н «М» осужден приговором Алтайского краевого суда от 03.11.2003 г.( с учетом последующих изменений) к 18г.11м. лишения свободы. В отношении осужденного «М» ранее были наложены взыскания:

До вступления приговора в законную силу с 2002-2003 г.  – 4 взыскания

В период отбывания наказания – в 2009 году – выговор

Постановлением Свердловского районного суда г. Красноярска от 30.06.2014 г.( дело №4/1б-268/2014) осужденный «М» был переведен для дальнейшего отбывания наказания в колонию поселение.

Отбыв год в колонии-поселении, осужденный «М» подал в Ленинский районный суд г. Барнаула ходатайство об условно-досрочном освобождении. Постановлением Ленинского районного суда г. Барнаула от 24.06.2015 г.( судья Д. К. Дмитров) в условно- досрочном освобождении  было отказано с формулировкой – нестабильное поведение. Судом учтены взыскания наложенные до вступления приговора от 03.11.2003 года в законную силу и выговор за 2009 год. Шестилетний период с момента последнего взыскания по мнению суда, не свидетельствует о наличии у осужденного «М» стойкого, правопослушного поведения.

Данный пример с осужденным «М» не является исключением. Такая судебная практика является общей, носит массовый характер.

То есть, сложилась устойчивая судебная практика, когда ранее наложенные на осужденного взыскания имеют фактически безвременные негативные правовые последствия для осужденного.

Возникает вопрос: правомерен ли такой подход судов в учитывании ранее наложенных взысканий как основания для отказа в УДО?

Давайте попробуем разобраться в этом вопросе с позиции действующего закона:

Порядок содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений регулируется Федеральным законом №103-ФЗ от15.07.1995 г. (в редакции последующих изменений). Статья 38 данного Федерального закона устанавливает меры взыскания , статья 37 устанавливает меры поощрения, а статья 39 порядок применения мер взыскания.

Так вот, ни одна из этих статей ФЗ ( как и других) не содержит положений о порядке и сроке погашения таких взысканий и аннулировании их правовых последствий.

В Конституционно-правовом смысле , когда вина гражданина в совершении преступления еще не доказана, но избрана превентивная мера  « содержание под стражей» , наложенные взыскания в этот период времени в принципе не должны учитываться в каком либо качестве и тем более иметь в дальнейшем правовые последствия.

В любом случае, для того чтобы учитывать такие взыскания в уголовно-правовой характеристике осужденного, нужно установить законодательно порядок погашения таких взысканий и временной промежуток действия их правовых последствий. Что на данный момент законодательно отсутствует.

После вступления приговора в законную силу положение осужденного регламентируется Уголовно-исполнительным Кодексом РФ (№1 –ФЗ от 08.01.1997 г.,в редакции последующих изменений). Статья 114 УИК РФ предусматривает снятие ранее наложенных взысканий, а часть 8 статьи 117 УИК РФ устанавливает: «если  в течении года со дня отбытия дисциплинарного взыскания осужденный не будет подвергнут новому взысканию, он считается не имеющим взыскания».

То есть, буквально по смыслу правовой нормы, досрочное снятие взыскания не влечет за собой признание как « не имеющего взыскания». Вот как хотите так и понимайте, но УИК РФ не устанавливает правового последствия в случае досрочного снятия взыскания. Да и по истечении года со дня отбытия взыскания ч.8 ст.117 УИК РФ не аннулирует всех правовых последствий наличия взысканий, поскольку они используются в уголовно-правовой характеристике личности осужденного со всеми вытекающими правовыми последствиями. Если привести по аналогии Закона часть 6 статьи 86 КУ РФ , то погашении или снятие судимости аннулирует все правовые последствия связанные с судимостью. То есть, законом запрещено даже упоминание в судебных и иных материалах наличие таких судимостей, не говоря уже об их использовании в каком либо качестве. Что не скажешь о дисциплинарных взысканиях имеющих негативные правовые последствия и спустя 11 лет, как в случае с осужденным «М».

На мой взгляд, не четкая, размытая позиция Пленума ВС РФ выраженная в Постановлении от 21.04.2009 г. За №8, а так же законодательные упущения, привели к судебному злоупотреблению использования для отказов в УДО досрочно снятых и погашенных взысканий.

Хорошо, если по мнению ФСИН России, Судов общей юрисдикции – один год, установленный ч.8ст.177 УИК РФ, не является достаточным для признания стабильной положительной динамики в поведении осужденного, то можно ведь обратиться к Законодательному органу власти, внести изменение установив не год, а два, три, но внести определенность и справедливость. Ведь согласитесь, учитывать ( как у осужденного «М») взыскания шестилетней давности это как минимум – не справедливо, как максимум – не конституционно!

Еще хотелось бы заострить внимание на отношении судов и прокуратуры к вопросу условно-досрочного освобождения осужденных за особо тяжкие преступления с назначенным наказание свыше 10 лет лишения свободы. Обращусь к тому же примеру с осужденным «М»:

В рамках действующих социальных лифтов осужденный «М» был переведен для дальнейшего отбывания наказания в колонию поселение. Что предполагало возможность постепенного плавного вхождения осужденного в общество. С учетом того. Что на тот момент осужденный «М» отбыл уже 12 лет, то это являлось очень актуальным. В колонии поселение осужденный отбыл год и подал ходатайство об условно-досрочном освобождении. Своим поведением осужденный «М» более чем подтвердил намерения вести правопослушный образ жизни. На момент рассмотрения судом ходатайства об условно-досрочном освобождении сложились более чем благоприятные обстоятельства для эффективной ресоциализации осужденного: наличие семьи – что снимает вопрос жилищного и бытового устройства, наличие гарантированной работы по специальности, более эффективное погашение исковых обязательств и т.д. Однако, как в Алтайском крае так и во многих других регионах действует негласная установка, не отпускать по УДО если не отбытый срок составляет более чем 3 года. А в случае с осужденным «М» не отбытый срок составляет на июнь 2015 года – более 5 лет. Да, конечно, можно к этой ситуации подойти со стороны «социальной справедливости» наказуемости деяния. Но вот в чем вопрос: ведь принцип « социальной справедливости» заключает в себя не только соразмерность наказуемости деяния, но и возвращение в общество нормального человека, исключение возможности рецидива. Хочет или нет суд, прокуратура, общество, но осужденный «М» пусть через 5 лет, но вернется в общество( как и сотни других таких же осужденных). С моделировать ситуацию , которая сложится по освобождении очень просто: у осужденного была семья – через 5 лет не факт что она сохраниться. Не каждая женщина способна ждать еще столько времени. Разрушение семьи – это и социальные и жилищные и бытовые проблемы. За это время осужденный окончательно утратит квалификацию по специальности ( так как работать в колонии поселение приходится не по специальности), не будет уже и гарантированного места работы.

Возникает вопрос: что дальше будет с осужденным через 16-18 лет отбытого срока наказания?  А вот что: государство даст «подъемных»800 рублей и билет со справкой. А дальше в «лучшем» случае для таких как осужденный «М» это снова ряды «организованной преступности» - со всеми вытекающими от сюда последствиями, а в худшем – это ряды экстремистских и террористических организаций. Вербовщики, которые не сидят сложа руки, а действуют. А в наше, столь смутное для России (и мира в целом) время – действуют очень активно. Что самое печальное, им и не прилагать особых усилий. За них уже почти все сделано – лишили последней возможности зацепиться за нормальную жизнь, разрушили все надежды, посеяв в человеке лишь злобу и ненависть к власти и обществу.

Почему, решая судьбы осужденных, об этом не задумываются ни судьи, ни прокуратура, ни ФСИН России?

А жестокость в местах лишения свободы? О последствиях такого обращения хоть кто то задумывался? Если человека унижать, прессовать годами, что будет? В «зоне» сдерживающий фактор – форма и дубинки. А на свободе сжатая, спрессованная пружина искалеченной психики «взрывается» при малейшем поводе, сея бездумную жестокость и кровь вокруг себя.

Самое страшное во всем этом , это то , что пожинать эти горькие плоды приходится нас с Вами – Обществу.

Если озлобленному жестокостью и несправедливостью осужденному, «выкинутому» на улицу, 15 лет и более прошедшему «школу лагерей», на пути встретиться вербовщик ИГИЛ или другой террористической организации, то куда он придет сеять смерть и горе?

Осознают и понимают ли лица наделенные властью, от которых зависит дальнейшая судьба осужденных, возможность наступления таких последствий от принятых ими решений в угоду каких-то непонятных принципов и амбиций? Если нет, то им нет места во власти. Если да, то возникает вопрос – гражданами какого государства они являются и в чьих интересах действуют?

 

Юлия Митрохина, юрист, эксперт Фонда «В защиту прав заключенных»

Новосибирск

СТАТИСТИКА
ПО ДЕЛУ
8 ноябрь 2017 г.
4 ноябрь 2017 г.
20 октябрь 2017 г.
20 сентябрь 2017 г.
19 сентябрь 2017 г.
30 август 2017 г.
23 август 2017 г.
9 июнь 2017 г.

© 2006 Фонд "В защиту прав заключенных"