ФОНД "В ЗАЩИТУ ПРАВ ЗАКЛЮЧЕННЫХ"
+18

Получатель гранта Президента Российской Федерации 
на развитие гражданского общества, 
предоставленного Фондом президентских грантов в периоды 
01.09.2017-30.11.2018, 
01.01.2017-30.09.2017,
   01.09.2015–31.08.2016, 
01.09.2014–31.08.2015,
 01.12.2012 – 31.10.2013



14 февраля 2019 года Минюст внес Фонд "В защиту прав заключенных" в реестр "некоммерческих организаций, выполняющих функцию иностранного агента"


Мы в соцсетях





ИНТЕРНЕТ-ПРИЕМНЫЕ




 




 
Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных





Наши друзья






 

МХГ

amnesty international
 
Комитет За гражданские праваЦентр содействия реформе уголовного правосудия
 
Политзеки.Ру
 
 
МЕМОРИАЛКомитет Гражданское содействие

Общественное объединение СУТЯЖНИКСОВА. Информационно-аналитический центр
 
 


 




Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных

17 февраль 2011 г.
Медленная смерть

14 декабря 2010 года к нам в фонд поступила жалоба осужденного из Ханты-Мансийского округа Александра Чечина, 1984 года рождения, в которой он сообщил, что отбывает наказание в лечебно-исправительном учреждении ╧ 17 (ЛИУ-17), что страдает тяжелыми хроническими заболеваниями, в том числе ВИЧ-инфекцией 4-Б стадии, гепатитом ╚В╩ и туберкулезом легких открытой формы в стадии распада.

Александр жаловался, что за время нахождения в ЛИУ-17 он неоднократно обращался к начальнику по ЛПР (лечебно-профилактической работе) М.С. Малашенко с просьбами назначить другие лекарства и препараты, поскольку назначенные уже не помогают, либо дать разрешение на передачу лекарств от родственников. На обе просьбы он получал категорические отказы.

Вот что писал в своем обращении Александр Чечин:

╚...в последнее время состояние моего здоровья крайне ухудшилось и стало критическим. Больше месяца я не могу встать с кровати из-за слабости и истощения, вызванных прогрессированием всех трех хронически неизлечимых заболеваний.

...по прибытии моей мамы в ЛИУ-17 начальник по ЛПР Малашенко М.С. отсутствовала, и начальник больницы майор в/с Никитин А.В., осознавая последствия, бездействовал и целенаправленно затягивал в представлении меня к освобождению от отбывания наказания по болезни. На требование моей матери предоставить нам короткое свидание он отказал и сказал, что через 10 дней меня освободят по здоровью. Однако понимая и осознавая тяжесть моего состояния здоровья и самочувствия, могу не дожить до решения суда. Понимаю, что данное право (освобождение по болезни) носит лишь формальный характер. Из данного учреждения за 09-10 годы ни один осужденный по болезни освобожден не был.

Я считаю, что начальник по ЛПР Малашенко М.С. создает все условия для того, чтобы максимально ускорить смерть осужденного больного если не от туберкулеза, то от сопутствующего заболевания.

Прошу Вас разобраться по моей жалобе и посодействовать в обеспечении моих прав.

В случае моей смерти прошу винить начальника по ЛПР ЛИУ-17 Малашенко М.С.

19.11.2010╩.

В день получения жалобы √ 14 декабря 2010 года √ мы направили обращения в органы власти ХМАО, а также во ФСИН России. В феврале 2011 года были получены ответы с утверждением, что фактов неоказания необходимой медицинской помощи и лечения не выявлено.

А также нам сообщили, что осужденный Чечин А.А. умер 6 декабря 2010 года в ЛИУ-17. Причина смерти √ болезнь, вызванная ВИЧ. То есть Александра уже не было в живых, когда его письмо пришло в фонд.

54-е постановление правительства об освобождении тяжело больных осужденных не работает. Начинается все с мест √ колоний, больниц ГУФСИН, где осужденным существенно занижаются диагнозы, представляемые в специальную медицинскую комиссию, которая определяет зрения необходимость освобождения человека по болезни или отсутствие таковой.

Затем заключение специальной медкомиссии вместе с ходатайством об освобождении передается в суд, который даже при решении врачей освободить зачастую выносит вердикт отказать в освобождении (внутреннее убеждение!).

Но даже если вдруг суд примет решение освободить умирающего заключенного, рано готовиться к освобождению, потому что так просто из лап ╚системы╩ никто не выходит: решение может (и будет) обжаловано прокуратурой.

Врачи, отказывая Александру Чечину в последнем свидании с матерью, плевали на слова президента о гуманизации, плевали на элементарное человеческое сострадание. Это демонстрирует всю гниль системы, в которой до человека и его жизни никому нет никакого дела √ он вроде как и не человек. Умрет или нет √ никого не волнует. Такое ощущение, что все они боятся √ врачи, прокуроры, судьи: ╚А вдруг мы его отпустим, а он не умрет?╩

По делу Александра Чечина фонд направил заявление о преступлении в Следственное управление по ХМАО и во ФСИН России.

***

24 января 2011 года было вынесено решение об освобождении по болезни другого заключенного √ Анатолия Суркова (ЛИУ-19, Башкортостан). Решение было обжаловано прокуратурой. Доживет ли Анатолий до кассации, неизвестно.

Вмешаться в дело Анатолия Суркова правозащитная организация не может, поскольку не имеет процессуального статуса участника процесса. Фонд направил телеграмму на имя председателя Верховного суда Республики Башкортостан. Как нам стало известно, кассационное рассмотрение состоится 3 марта.

СТАТИСТИКА
ПО ДЕЛУ
2 сентябрь 2021 г.
16 июнь 2021 г.
16 июнь 2021 г.
15 июнь 2021 г.
31 май 2021 г.
27 январь 2021 г.
18 январь 2021 г.
14 январь 2021 г.
15 декабрь 2020 г.

© 2006 Фонд "В защиту прав заключенных"