ФОНД "В ЗАЩИТУ ПРАВ ЗАКЛЮЧЕННЫХ"
+18

Получатель гранта Президента Российской Федерации 
на развитие гражданского общества, 
предоставленного Фондом президентских грантов


Мы в соцсетях

f vk




ИНТЕРНЕТ-ПРИЕМНЫЕ




 




 
Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных





Наши друзья

За права человека



 

МХГ

amnesty internationalКомитет против пыток
 
Комитет За гражданские праваЦентр содействия реформе уголовного правосудия
 
Политзеки.Ру
 
 
МЕМОРИАЛКомитет Гражданское содействие

Общественное объединение СУТЯЖНИКСОВА. Информационно-аналитический центр
 
 




 

 
 

Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных

20 октябрь 2014 г.
Верховный суд доволен практикой УДО, но отметил и ошибки

Законодательство об условно-досрочном отношении применяется в основном верно,констатирует высшая судебная инстанция. Ошибки бывают, конечно, но по большей части, они связаны частыми изменениями в законодательстве, а потому ВС разъясняет, насколько настойчиво надо звать в суд потерпевшего и как относиться к его мнению по поводу УДО для обидчика. Что следует учитывать в вопросе компенсации нанесенного преступником вреда, а также за какой период и как оценивать его поведение. Есть также в документе примеры, когда судьи слишком много на себя берут, и раздел с "удивительными" случаями отказов в освобождении. А в целом шансы выйди на свободу досрочно в 2013 году уменьшились.

Вчера Верховный суд разместил на своем сайте обзор судебной практики по условно-досрочному освобождению от отбывания наказания. Статистика показывает, что такие решения принимаются реже. За 2013 год суды рассмотрели 142 128 ходатайств об УДО, на 23% меньше, чем годом ранее. Удовлетворено из них 65 237 (-40% к 2012 году). Доля обращений от заключенных, к которым суды отнеслись благосклонно, тоже сократилась – с 51,4% в 2012 году до 45,9% в 2013-м.

Причин этой тенденции ВС не называет, зато пишет, почему суды совершают ошибки. Они, например, связаны с неоднократными изменениями ст.79 УК (условно-досрочное освобождение). 1 марта 2012 года, в частности, был увеличен с половины до 3/4 отбытого срока временной порог, дающий право на УДО для тех, кто осужден за тяжкие и особо тяжкие преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств. Чуть раньше 29 февраля, до 4/5 отбытого срока вырос аналогичный показатель для заключенных, отправленных в колонии за преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних.

Некоторые суды при решении вопроса об УДО ошибочно применяли новые законы, ухудшающие положение осужденного. Они или ссылались на преждевременность ходатайства обитателя мест лишения свободы, либо отказывали в его принятии, либо прекращали производство. Но все же, говорится в документе, большинство судов действовали верно. В пример приводится Майминский районный суд Республики Алтай, рассмотревший 29 ноября 2013 года ходатайство осужденного И. Тот отбывал трехлетнее наказание по приговору от 5 марта 2012 года по ч.2 ст.228 УК (незаконный оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров), а суд освободил его раньше на 1 год 3 месяца и 5 дней. Суд правильно указал, что применять следует не новую норму, а ту, что действовала на момент совершения преступления, отмечает ВС в обзоре.

Еще одна проблема, с которой сталкиваются суды из-за изменений в законодательстве – это дополнение 399-й статьи УПК частью 2.1, предоставляющей потерпевшему и его законному представителю право участвовать в судебном заседании при рассмотрении вопроса об УДО осужденного. ВС пишет, что если суды такое право не обеспечивали, то апелляция расценивала это как существенное нарушение и отменяла судебный акт. Однако, говорится в обзоре, следует иметь в виду трудности организационного характера, которые возникли в связи с таким изменением ст.399 УК. Оно фактически не имеет значения для вопроса об УДО тех, кто был осужден до вступления в силу этого закона, так как потерпевшие по их делам не имели возможности сделать необходимое заявление, пишет ВС.

Также, пишут авторы обзора, следует иметь в виду, что Конституционный суд уже проверял норму, обеспечивающую право потерпевшего на участие в решении вопроса по УДО обидчика (постановление от 18 марта 2014 года № 5-П). И признал ее не соответствующей Основному закону, если она, предполагая явку потерпевшего, может препятствовать своевременному разрешению вопроса об условно-досрочном освобождении заключенного из-за неурегулированности механизма уведомлений. Пока такого механизма нет, надо просто отправлять потерпевшим извещения по адресам, имеющимся в распоряжении суда, а подтверждения о вручении можно не дожидаться, говорится в документе ВС.

Испытывали сложности суды и в тех случаях, когда потерпевший все же высказал свое мнение по поводу УДО и надо было его учесть. В обзоре приводится два подхода судей. По одному такое мнение имеет "рекомендательный характер, поскольку интересы лица, потерпевшего от преступления, в полной мере защищены вступившим в законную силу приговором". Согласно другому, "мнение потерпевшего об УДО осужденного является одним из решающих критериев для разрешения [соответствующего] вопроса". А Верховный суд считает, что надо пользоваться позицией КС из определения от 20 февраля 2007 года № 110-О-П. Там указано, что суд, "будучи обязанным обеспечивать права участников судопроизводства по обоснованию своих позиций по делу, не связан этими позициями".

Авторы обзора не упустили из вида и такое нововведение, как необходимости возмещения вреда как условия для УДО. Они признаются, что не располагают обширной статистикой, какие решения принимают в этом вопросе суды, но отмечают, что они учитывали это обстоятельство и до перемен в законодательстве. Если гражданский иск не был погашен или был погашен частично, суды принимали решение с учетом разъяснений Пленума ВС. В п. 7 постановления от 21 апреля 2009 года № 8 говорится, что суд не вправе отказать в УДО только на этом основании, если вред не возмещен в силу объективных причин, таких, например, как инвалидность осужденного или наличие у него заболеваний, препятствующих трудоустройству. В то же время установленные факты умышленного уклонения заключенного от выплаты компенсации (сокрытие имущества, доходов, уклонение от работы и т.д.) вместе с другими обстоятельствами могут служить препятствием к УДО.

Совершают суды и такие ошибки, которые не связаны с изменениями в законодательстве. Некоторые не обращают, например, внимания на возраст осужденного на момент совершения преступления (для несовершеннолетних предусмотрены сниженные сроки УДО по п. "а" ст. 93 УК). Еще один встречающийся огрех – это случаи, когда суды отказывают в УДО произвольно, с формулировкой "отбытая часть наказания незначительна". Это недопустимо, пишут авторы обзора. "Если осужденный отбыл установленную законом часть срока наказания, по отбытии которой возможно УДО, суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства лишь на этом основании", – говорится в документе.

Но и отбытие положенного срока само по себе недостаточно для решения об УДО, напоминает ВС. Суды, принимая решение, возможно ли исправление преступника вне территории колонии, должны применять индивидуальный подход. Как правило, они так и поступали, доволен Верховный суд: ориентировались на фактические обстоятельства – поведение осужденного за весь период отбывания наказания, отношение к труду, совершенному деянию, возмещение вреда, мнение представителя учреждений ФСИН.

Поведение заключенного в период до того приговора, по которому он отбывает срок ныне, например, ранние судимости, также принималось судами во внимание. Однако большинство судей правильно не придавало им значение таких обстоятельств, которые исключают УДО, опираясь прежде всего на то, как ведет себя осужденный сейчас. В пример ВС привел постановление Великолукского городского суда Псковской области от 11 апреля 2013 года, досрочно выпустившего на свободу И., который был неоднократно судим, ранее уже освобождался по УДО, а также находился в розыске. Представитель колонии поэтому не поддержал его ходатайство, но суд отметил, что И. свою вину осознал, трудоустроен в колонии и намерен работать за ее пределами, имеет четыре поощрения и ни одного взыскания. Что касается прежней судимости, то она погашена, не учитывалась при новом осуждении И. и не может сказываться на решении вопроса об УДО. И даже факт розыска не может являться основанием для отказа в условно-досрочном освобождении, поскольку главное значение имеет поведение осужденного в период отбывания наказания, говорится в обзоре.

Стоит учитывать даже перемены в поведении обитателя колонии, добавляют авторы документа. В некоторых случаях, говорится в нем, суды не учитывали положительную динамику в поведении осужденного за все время отбывания наказания, в том числе и в период содержания под стражей. Они ошибочно, по мнению ВС, полагали, что УДО допустимо только при "безупречном", "стабильно положительном" поведении и отклоняли соответствующие ходатайства. Но по большей части, судя по обзору, в практике этих проблем не было: суды учитывали множество обстоятельств, например, время наложения взысканий, их число, периодичность, снятие и погашение, время, прошедшее после последнего взыскания и др. В том случае, когда оно появлялось у осужденного в самом начале срока, а после этого никаких нареканий не было, суды в основном делали вывод об исправлении и применяли УДО.

Обнаружил Верховный суд в практике и случаи, когда судьи слишком много на себя берут. В обзоре говорится, что некоторые из них в случаях, когда осужденный не был согласен с взысканиями, по собственной инициативе проверяли их обоснованность. Это неправильно, уверены авторы документа: судам следует разъяснить осужденным порядок обжалования решений должностных лиц исправительного учреждения.

Отдельно ВС разбирает случаи, когда с осужденными проводили профилактические беседы, но взысканиям не подвергали. Следует иметь в виду, что закон не устанавливал в 2013 году и не определяет в настоящее время круг обстоятельств, которые могут или должны учитываться при оценке поведения осужденного, говорится в документе. Поэтому суды при рассмотрении вопроса об УДО "вправе учитывать любые характеризующие поведение обстоятельства".

И наконец, в обзоре приведены случаи, когда суды неправомерно отказывали в УДО по основаниям, которые не предусмотрены ст. 79 УК. Среди них были положительное отношение к воровским традициям, о чем свидетельствуют татуировки, имеющие криминальное значение, совершение особо тяжких преступлений, представляющих повышенную общественную опасность, и с наличием только одного поощрения. По-видимому, удивлен ВС и тем, что можно отказать в условно-досрочном освобождении из-за протестов родственников заключенного, отсутствия сведений об удержаниях на содержание ребенка, а также иностранного гражданства.

Был также случай, когда в УДО отказали потому, что психолог не смог дать положительный прогноз поведения заключенного в случае его выхода на свободу. В результате суд сделал вывод о том, что он нуждается для исправления в дальнейшем отбывании наказания. Впрочем, несмотря на обилие приведенных в обзоре ошибок, Верховный суд сделал вывод, что, рассматривая материалы об УДО, суды "в основном правильно" применяют закон и руководствуются разъяснениями пленумов.

Полностью с текстом обзора можно ознакомиться здесь >>

Светлана Меркулова

Источник: ПРАВО.RU

СТАТИСТИКА
ПО ДЕЛУ
8 ноябрь 2018 г.
12 декабрь 2018 г.
4 октябрь 2018 г.
26 сентябрь 2018 г.
24 сентябрь 2018 г.
23 июль 2018 г.
10 июль 2018 г.
3 апрель 2018 г.

© 2006 Фонд "В защиту прав заключенных"