ФОНД "В ЗАЩИТУ ПРАВ ЗАКЛЮЧЕННЫХ"
+18

Получатель гранта Президента Российской Федерации 
на развитие гражданского общества, 
предоставленного Фондом президентских грантов


Мы в соцсетях

f vk




ИНТЕРНЕТ-ПРИЕМНЫЕ




 




 
Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных





Наши друзья

За права человека



 

МХГ

amnesty internationalКомитет против пыток
 
Комитет За гражданские праваЦентр содействия реформе уголовного правосудия
 
Политзеки.Ру
 
 
МЕМОРИАЛКомитет Гражданское содействие

Общественное объединение СУТЯЖНИКСОВА. Информационно-аналитический центр
 
 




 

 
 

Наша кнопка:

Фонд В защиту прав заключенных

24 декабрь 2008 г.
Неисправимость как преступление
Лев Левинсон, правозащитник: "Неисправимость" становится преступлением, влекущим наказание, хотя такого состава преступления в Уголовном кодексе нет..."
 
Группой депутатов, представляющих три фракции - "Единую Россию", КПРФ и "Справедливую Россию", 8 декабря 2008 года внесены в Госдуму два законопроекта: новая редакция проекта федерального закона "Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы" (первая версия поступила в Парламент в 2005 году) и проект федерального закона "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы" (поправки в УК, ГПК, УПК, УИК и КоАП), сообщает Hro.org.

Оба проекта будут рассматриваться Думой одним пакетом в начале 2009 года.

Когда работа над концепцией законодательства об административном надзоре только начиналась, года четыре назад, председатель Комитета Госдумы по безопасности Владимир Васильев говорил, что основная задача такого закона - организация помощи бывшим заключенным в их социализации, реабилитации, трудоустройстве и т.п.

Звучало красиво. Но все это ушло в песок.

Остались только репрессии: ограничения прав человека по признаку судимости, новые полномочия милиции, санкции.

По законопроекту административный надзор налагается на две категории бывших заключенных:
отрицательно характеризующихся (не желающих "встать на путь исправления") освобождаемых лиц из числа осужденных за тяжкие и особо тяжкие преступления и из числа осуждавшихся к лишению свободы два и более раза, бывших осужденных тех же категорий, которым административные ограничения при освобождении не были назначены, но регулярно совершающих после освобождения "антиобщественные действия", в том числе систематически употребляющих наркотики и пьянствующих.

Для бывшего осужденного надзор означает наложение следующих ограничений прав и свобод:
- запрет посещения определенных мест;
- запрет покидать свое жилище в определенное время суток;
- запрет выезда из своего населенного пункта;
- обязанность до четырех раз в месяц являться в милицию.

Эти меры могут быть применены судом в отношении конкретного лица как полностью, так и частично, в любой избираемой судом комбинации.

Эти меры есть ни что иное как повторное наказание тех, кто, полностью отбыв наказание, наложенное по приговору суда за совершенное преступление, не встал на "путь исправления" или не удержался на этом пути.

Вводимый законопроектом административный надзор вступает в противоречие с Конституцией (статья 50, часть 1: никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление).

 

Что это за "путь", на который должен встать человек, известно бывает - как обычно, как и при рассмотрении ходатайств об УДО - только администрации колонии. Только вот представления "хозяина" зоны и зэка об исправлении, о путях праведных и неправедных могут не совпадать.

Испорченность натуры либо внутренняя вертикаль, мешающая человеку "прогнуться" - что бы то ни было, одним словом - неисправимость.

Неисправимость становится преступлением, влекущим наказание, хотя такого состава преступления в Уголовном кодексе нет.

Преступность деяния определяется только УК. Следовательно, наказание де-факто будет назначаться за то, за что человек уже был наказан. Только вот наказание его не вразумило, значит, надо добавить...

Человек, отбывший наказание, будет наказываться еще раз за то, что не признал своей вины, хотя данные, его характеризующие (искреннее раскаяние или непризнание вины), уже были учтены судом, вынесшим приговор, при назначении первоначального наказания.

Если же человек считает себя незаконно осужденным, добивается пересмотра приговора, как он может "встать на путь исправления"?

Дабы не подпасть под статью 50 Конституции, разработчики включили в проект понятие "административное ограничение", определив его как "не связанное с административным или уголовным наказанием временное ограничение судом отдельных прав и свобод лица, освобожденного из мест лишения свободы".

Однако переименование наказания в некое "ограничение" не меняет его природу.

Но авторы проекта, делая вид, что наказание тут ни при чем, относят рассмотрение дел об административном надзоре к гражданскому судопроизводству.

В Гражданский процессуальный кодекс противоестественным образом добавляется целая глава, регламентирующая порядок производства по делам об административном надзоре.

Тем самым ГПК, вопреки его правовой природе, становится одним из законов, обеспечивающих наказание за совершение преступлений (т.к. административное ограничение прав возможно только в отношении лиц, привлеченных к уголовной ответственности по обвинению в совершении преступления, и обусловлено их поведением во время отбывания уголовного наказания).

Следствием наложения на бывшего заключенного дополнительного наказания, иезуитски таковым не признаваемого, становится ответственность за несоблюдение "административных ограничений".

Предусматривается три вида ответственности:
- продление срока применения ограничений в порядке гражданского судопроизводство (для судимых за особо тяжкие преступления действие ограничений может регулярно продлеваться на протяжении 8-ми лет);
- назначение наказания (штраф или административный арест) по КоАП;
- уголовное наказание.

УК дополняется статьей 321-1, карающей за неоднократное "несоблюдение лицом, освобожденным из мест лишения свободы, временных ограничений прав и свобод, установленных ему судом в соответствии с федеральным законом".

За это можно будет назначить обязательные или исполнительные работы, а также лишение свободы на срок до одного года. Неприбытие же "без уважительных причин к избранному месту жительства (пребывания) лица, в отношении которого установлен административный надзор при освобождении из мест лишения свободы, а равно самовольное оставление без уважительных причин поднадзорным лицом места жительства (пребывания) с целью уклонения от административного надзора" повлечет до двух лет лишения свободы.

В итоге, вместо обещанной социализации, отбывший наказание человек рискует попасть в дурную бесконечность "колония - административный надзор - колония...", т.к. судимость по статье 321-1 за нарушение режима административного надзора, в случае назначения наказания в виде лишения свободы, при освобождении снова повлечет наложение административных ограничений, затем еще одну судимость по статье 321-1 и т.д.

В случае принятия законопроекта в том виде, в котором он представлен авторами, в замкнутый круг административного надзора попадут в первую очередь наркозависимые, освобождающиеся из колоний по отбытии срока по части второй статьи 228 УК (не связанные со сбытом хранение, изготовление, перевозка в особо крупном размере), по статье 228-1 УК (производство, сбыт и другие действия, связанные со сбытом), а также по другим статьям.

Продолжая употреблять запрещенные вещества (т.к. никакого действенного лечения в колониях не бывает), страдающие зависимостью потребители будут привлекаться к ответственности за "антиобщественные действия" и планомерно, колоннами направляться по знакомому им маршруту. Люди, нуждающиеся в медико-социальной реабилитации, пойдут в колонии.

Для упрощения этого круговорота законопроект наделяет сотрудников органов внутренних дел правом в то время суток, когда поднадзорному будет запрещено судом пребывание вне дома (квартиры), беспрепятственно входить в его жилище.

Ни судебного решения, ни даже санкции прокурора на это не потребуется. Неприкосновенность жилища будет преодолеваться силой федерального закона об административном надзоре.

Когда редким случаем в Думу вносится законопроект, направленный на защиту прав граждан, изыскиваются малейшие поводы для признания его затратным, т.е. требующим бюджетного финансирования и заключения Правительства.

Так, тормозя принятие закона об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания (когда еще не был изготовлен последний вариант, превращающий общественный контроль в фикцию, и именно поэтому ставший законом), Правительство требовало обосновать выделение дополнительных средств из казны для изготовления пары сотен удостоверений членов общественных наблюдательных комиссий.

Финансово-экономическое обоснование к законопроекту лаконично: реализация проекта "не потребует дополнительного финансирования из федерального бюджета и бюджетов субъектов Российской Федерации".

Сие есть стопроцентная ложь.

Органы внутренних дел, на которые, по законопроекту, будут возложены полномочия по осуществлению административного надзора, без существенного увеличения штата физически не справятся с возлагаемыми на них надзорными функциями.

Минфин не склонен верить заклинаниям. И это оставляет некоторую надежду. Правительство может пожалеть денег. МВД не всегда получает из бюджета все, что попросит.

Хотя опыт показывает: бюджет становится "не резиновым", когда речь идет о социальной защите сотрудников милиции. А вот денег на репрессии государство никогда не жалело.
 
Источник: Hro.org
 
СТАТИСТИКА
ПО ДЕЛУ
8 ноябрь 2018 г.
12 декабрь 2018 г.
4 октябрь 2018 г.
26 сентябрь 2018 г.
24 сентябрь 2018 г.
23 июль 2018 г.
10 июль 2018 г.
3 апрель 2018 г.

© 2006 Фонд "В защиту прав заключенных"